Понедельник, 17 Июня, 2019 | пользователей онлайн
 
Герб города Руза

РУЗА КОММУНАЛЬНАЯ: МИФЫ И ТАРИФЫ


В представлении среднестатистического жителя России или, как принято его ныне именовать, «простого человека», жилищно-коммунальное хозяйство в нашей стране ассоциируется с неким монстром, чья зловещая тень покрыла шестую часть земной суши. И голов-то у чудища этого во времена перестроек-модернизаций оторвали не меряно (новые почему-то не растут), и хлещет из шей-труб, и запоры, и поносы, а ему все нипочем. Только аппетит растет. Тоннами тарифные рубли жрет, плательщикам же выдает то, что на выходе. Что на этом выходе, мы все прекрасно знаем. Это, если фигурально выражаться. Говоря проще, труба — дело. И в прямом, и в переносном смысле. Коммунальную «гидру» не бранит только ленивый, самих коммунальных баронов население по умолчанию определило в разряд жуликов, но все возрастающую дань в ЖКХ несут. Не все, правда, нерегулярно, но несут. Куда ж денешься.

Так и мы с вами, уважаемый читатель, оплатив очередную «жировку», пытаемся разобраться: за что, собственно, и… почему так много? Каждый из нас прекрасно знает, что «рузские» тарифы одни из самых высоких в Подмосковье. И мы задаем вполне справедливый вопрос власть предержащим и коммунальщикам: чем мы хуже соседей? Мы граждане одной страны, также работаем и также платим налоги. Почему за те же самые услуги, качество которых не только не превосходит, но, порой, и значительно уступает этим же показателям в других районах, мы платим гораздо больше? Со всеми коммунальными «как» и «почему» «Рузский курьер» обратился к генеральному директору ООО «Рузские тепловые сети» Константину Ройтеру.

— Константин Владимирович, если мы начали разговор о проблемах и перспективах рузского ЖКХ, прежде всего, хочется знать, так что же, собственно, представляет собой коммунальное хозяйство нашего района? Какова его структура? У наших земляков сложилась четкая ассоциация, что ЖКХ всего района — это и есть РТС. Так ли это?

— Нет, это не совсем так. На сегодня «Рузские тепловые сети» являются крупнейшим коммунальным предприятием в районе. Не единственным, но крупнейшим. Согласно вступившим в силу федеральным законам о теплоснабжении № 190 и о водоснабжении № 416, вводится такое понятие, как единая теплосетевая организация (ЕТСО), в водоснабжении — гарантирующий поставщик. В перспективе такой организацией и станет РТС. Сейчас же существует достаточное количество объектов коммунальной инфраструктуры, которые являются муниципальными или принадлежат каким-либо предприятиям. Например, возьмем мощную котельную завода «Бикор». Она поставляет нам пар, из которого мы производим теплоноситель, а потом поставляем его населению.  Или собственные коммунальные сети Тучковского автодорожного техникума. Кроме того, в каждом поселении имеются собственные очистные сооружения, находящиеся порой в весьма плачевном состоянии. Эксплуатируются также множество мелких котельных. У каждой из таких структур свой тариф. Но, подчеркну, все они имеют право передавать тепло только через ЕТСО, то есть «Рузские тепловые сети», даже если котельных у РТС нет.

— То есть мы получаем монополию на коммунальные блага в лице РТС? А ведь вместе с монополией, как известно, приходит и ценовой диктат…

— Назовем это централизацией коммунального хозяйства в районе. Этот процесс начался в 2006 году. Для чего централизация необходима? Прежде всего, чтобы было с кого спросить. Бесхозные тепловые сети должны иметь своего хозяина, а непонятные границы балансовой ответственности должны, наконец, четко определиться. Одним, словом, ответственность за все ложится на плечи самой крупной организации, которой и является РТС. Кроме того, централизация ЖКХ позволяет отойти от принципа правления удельных «князьков», и, соответственно, избавиться от множества дублирующих друг друга штатных единиц. Здесь имеем как минимум экономию на зарплатах директоров и главбухов. Понятно, что и координировать работу становится гораздо проще.

Итак, что же представляют собой «Рузские тепловые сети»? Прежде всего, это эксплуатирующая организация. Своего имущества мы не имеем. РТС включает в себя семь подразделений, каждое из которых сориентировано на одно из поселений. Каждое из подразделений, в свою очередь, имеет внутренние подразделения тепло- и водоснабжения. Это о структуре предприятия. Теперь о составляющих его жизнедеятельности. У РТС, как и у других ресурсоснабжающих организаций, единственный источник средств — это тарифы на предоставляемые услуги по тепловодоснабжению и водоотведению. Других источников нет. Здесь государство поставило коммунальщиков в жесткие рамки: чтобы не разорять малоимущих граждан, установлен предельный рост тарифов. (Это о «ценовом диктате» монополий, о котором говорили вы; повысить тарифы без санкции властей эксплуатирующие организации не имеют права). Итак, мы имеем равные для всех ограничения, но работаем в разных условиях.

Образно говоря, и в Греции, и в Сибири апельсины должны стоить одинаково. Но такого не может быть по определению. Отсюда и казус: москвич в благоустроенном жилье платит за коммунальные услуги меньше, чем ружанин, проживая в бараке. Развитая централизованная инфраструктура мегаполиса позволяет столичным жителям покупать «греческие» апельсины, а наши земляки вынуждены платить за «сибирские».

Не секрет, что изношенность коммунальных сетей в стране (и Рузский район не исключение) достигает 70 процентов и более. Раньше коммунальное хозяйство находилось на балансе государства. Десятилетиями эксплуатировались тепловые сети, котельные, водозаборные узлы, очистные сооружения. На амортизацию этого оборудования тратились определенные средства. После приватизации государство передало коммуналку собственникам, предоставив им самим разбираться с имеющимися проблемами. 

В то же время, четко определив границы тарифов, из которых эксплуатирующие организации и могут взять средства на реконструкцию имеющегося оборудования и приведения инфраструктуры в надлежащий вид. Рассмотрим составляющие этих тарифов, повторяю, жестко ограниченных государством. Из чего они формируются? 37 процентов — это стоимость топлива, 10 процентов — стоимость электро энергии, зарплата сотрудников, пусть и не очень высокая — 30 процентов, плюс восемь процентов — отчисления на социальное страхование. То есть на 85 процентов от величины тарифа коммунальные предприятия повлиять не имеют никакой возможности.

Существуют федеральная служба по тарифам, Минрегионразвития. Последнее ставит прогнозы ценообразования. По некоторым из них, к примеру, летом должно подешеветь топливо, а оно, напротив, становится дороже в цене. Но работать нам по этим прогнозам приходится. Резюмируем: деньги на реконструкцию имеющихся коммуникаций и оборудования можно взять только из оставшихся 15 процентов от тарифов. Не буду говорить, что это немного, добавлю лишь, что величина эта непостоянная и зависит от того, как оплачивает предоставленные услуги потребитель. А он часто годами не платит. К примеру, сегодня есть среди населения должники, чья задолженность достигает 200-400 тысяч рублей. 

— Если я правильно понял, имеем следующую ситуацию. Потребитель платит много, потому что инфраструктура ЖКХ в районе морально и физически устарела. Изношенные трубы — это большие потери, мазутные котельные производят более дорогой для потребителя теплоноситель, чем котельные на газе и т. д. Поправить ситуацию можно опять же лишь за счет потребителя. А он, в свою очередь, платить не желает. Замкнутый круг какой-то получается. Как из него вырваться? Вообще, предпринимаются ли какие-нибудь попытки из него вырваться? И самый главный вопрос: реально ли снизить тарифы для потребителя, например, при переходе на более дешевое газовое топливо?

— В принципе, конечно, да.

— То есть, гипотетически, возможно такое, что завтра переоборудуем котельные под газ, а послезавтра тарифы резко упадут?

— Нет. Для того чтобы произвести реконструкцию, нужны средства. Берется под программу кредит, платятся проценты. О рентабельности реконструированной котельной можно будет говорить только через несколько лет. А там подойдет очередь и следующего объекта, да и цены на энергоносители неизбежно подрастут. 

— Понятно, жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе… Но, что-то ведь делается в этом направлении в Рузском районе? Какие конкретно объекты уже сданы под ключ, какие находятся в работе, что задумано наперед?

— Это, прежде всего, перевод котельной в Беляной Горе с мазута на газ. В ходе нового отопительного сезона она будет запущена. Кроме того, в планах модернизация котельных в Грибцове и Ивойлове. Эти котельные в качестве эксперимента мы будем переводить на пеллетное топливо, что обещает большую экономию. Оборудование уже имеется, оно готово к установке. Осталось лишь решить некоторые вопросы с подрядчиками. Планируем газифицировать котельную в Нововолкове. Наконец-то, и там появится газ. Для перевода на газ котельной в Орешках разработан бизнес-план, идет поиск инвесторов, оформляется земля. 

Такая же ситуация на улице Говорова в Рузе. К началу отопительного сезона планируется модернизировать и котельную в Дорохове. Здесь мы меняем уже имеющееся газовое оборудование на новое. Вообще, львиную долю времени в процессе модернизации съедает как раз предварительный период, то есть оформление, различного рода согласования и т. п. Само же строительство занимает несколько месяцев.

Это о том, что находится в работе. В течение же истекшего отопительного сезона мы сделали капитальный ремонт котельной на улице Социалистической в Рузе, в Дорохове заменили жидкотопливные котлы котлами на солярке, но с большим КПД. Сократились затраты и повысилось качество услуг.

Котельные, теплосети — это все на виду. Но, говоря о коммунальном хозяйстве, мы часто забываем о системах водоотведения и водозабора. А это огромные затраты. Взять хотя бы водоочистные  сооружения. Модернизация их требует гигантских средств. Также немалые средства мы вкладываем в строительство станций обезжелезивания воды. Потребитель и не совсем заметит эффект от их внедрения.

А для нас он налицо. Вода становится лучше, потребитель меньше сливает ее. Получаем экономию. То же и с частотными преобразователями. Если раньше водяные насосы работали непрерывно, то теперь только по мере необходимости. И много таких «мелочей», эффект от внедрения которых, на первый взгляд, не виден, но нормальная работа без которых немыслима. Поэтому разговоры о том, что якобы «в отрасли ничего не делается», на мой взгляд, пустые.

— Константин Владимирович, как хорошо зарабатывают работники предприятия ООО «Рузские тепловые сети»?

— Сейчас средняя зарплата составляет 23 495 рублей. Два года назад, когда я возглавил ООО «РТС», она составляла 24600 рублей. 

Если приводить точные цифры, то в существующих тарифах заложены еще меньшие цифры — 14000 рублей в среднем. Платить людям больше мы можем, применяя совмещение специальностей. Ведь в тарифно-штатной численности предприятия 1200 человек, у нас же, совмещая профессии, трудятся 806 человек. В 2011 году мною была отменена часть премиальных выплат; средства направили на модернизацию хозяйства. С тех пор фонд заработной платы несколько вырос, но уровня позапрошлого года пока не достиг.

— Коммунальное хозяйство — производство технологичное. Кто работает в ООО «РТС»? Зарплата сравнительно невысокая. Москва — вон она, под боком. Идут ли к вам высококвалифицированные специалисты, или используете труд гастарбайтеров?

— У нас работают исключительно жители Рузского района. Средний возраст — 45-55 лет. Соответственно, и стаж довольно высокий. Но мы уже сегодня думаем о кадрах. Работаем с молодежью, создали учебно-производственный комбинат, школьников по нашим подразделениям на экскурсии возим. Знаете, молодежь очень интересуется. Кадровики наши говорят, что эффект от такой работы есть. Вообще проблема кадрового голода присутствует по всей стране. Мы же острой недостатки кадров пока не испытываем.

— В заключение, Константин Владимирович, хотелось нашему читателю дать более подробный портрет руководителя ведущего предприятия ЖКХ в Рузском районе.

— Образование у меня техническо-фундаментальное — окончил в 1994 году Московский институт радиоэлектроники и автоматики по специальности «инженер-технолог». Но именно по этой специальности так и не работал. После окончания вуза занялся предпринимательской деятельностью. Руководил собственными компаниями, занимавшимися дерево— и металлообработкой. Был связан также с монолитным строительством в Москве, работал в подрядной организации при министерстве обороны РФ по переводу котельных на газовое топливо. С 2008 по 2011 год занимал должность начальника службы управления Мосавтодора. С мая 2011 года работаю генеральным директором ООО «Рузские тепловые сети». Женат. Имею двоих детей.

— Спасибо вам за интересное и содержательное интервью!

Записал Алексей Гамзин

P.S. Осветить все великое множество коммунальных проблем в один присест попросту невозможно. Потому и оставляем мы наш разговор с Константином Ройтером открытым, а вы, уважаемые читатели, имеете возможность задать кокретные вопросы по ЖКХ и получить со страниц нашей газеты конкретные ответы.

Вернуться к списку статей >>>
Мы в социальных сетях
    Twitter LiveJournal Facebook ВКонтакте Blogger
Контакты

Телефон: (916) 458 22 26
Email: info@ruza-kurier.ru

Подробная информация »