О взрыве памятника ленину


 

О взрыве памятника ленину



Диакон Владимир Василик считает, что нужно не восстанавливать памятники палачу, а завершить декоммунизацию нашего города
(речь идет о Санкт-Петербурге —
ред.)


О взрыве памятника ленинуТо, что произошло, плохо укладывается в рациональные рамки. Представим себе, что в современной Германии существует памятник гитлеру, и какая-то радикальная антифашистская партия тайно его подорвала. Поднимается шум, неонацисты требуют примерно наказать виновных, полиция ищет подрывников, а в условиях кризиса на ремонт памятника выделяют шесть миллионов евро (хотя он и стоит едва ли 500 000 евро).

Вы скажете: немыслимо, что вы фантазируете, отец диакон? Нормальному немцу это и во сне не приснится. Соглашусь с этим. Тогда почему то, что немыслимо в Германии, вполне возможно у нас? Частично из-за государственной трусости и дешевого популизма, пресмыкательства перед левыми, частично из-за равнодушия, у нас до сих пор стоят памятники одному из самых страшных преступников всех времен и народов. Во времена непродолжительного правления ленина страна потеряла около 20 миллионов человек. Только два-три миллиона человек смогли бежать, остальные пали жертвой голода, эпидемий и страшной гражданской войны, где было дозволено все: потопление барж с военнопленными и заложниками (Крым, Кронштадт), массовые расстрелы, массовые повешения (как в Севастополе в 1920 году), зверские пытки (Харьков, 1919 год), сожжение целых деревень и использование газов против мирного населения (Тамбов, 1921 год). И одним из главных виновников этого является ленин. Именно он восславил и юридически оправдал террор вначале против так называемых классовых врагов, потом против вчерашних друзей, а затем и против всего русского народа. За примерами ходить недалеко, вот лишь один из них — письмо ленина по поводу нового Уголовного Кодекса: «Товарищ Курский! По-моему, надо расширить применение расстрела (с заменой на высылку за границу) ко всем видам деятельности меньшевиков, эсеров и т. п. Найти формулировку, ставящую эти деяния в связь с международной буржуазией. Основная мысль, надеюсь, ясна: открыто выставить принципиальное и политически правдивое (а не только юридически узкое) положение, мотивирующее суть и оправдание террора, его необходимость, его пределы. Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас. Формулировать надо как можно шире, ибо только революционное правосознание и революционная совесть поставят условия применения на деле, более или менее широкого. С коммунистическим приветом Ленин».

Приведенного достаточно, чтобы понять: коммунистическая партия и ее основатель повинны в терроре и геноциде. Сегодня доказано: террор в гражданскую войну был направлен против всех категорий русского народа и иных народов, населявших российскую империю. Жертвами международных палачей становились не только петербургский дворянин или московский священник, но и тамбовский крестьянин, и ярославский рабочий, и кронштадтский матрос. Ленин и его пособники, однако, повинны не только в телесных, но и в духовных убийствах: в невиданном растлении русского народа, в страшном взлете проституции и распространении сифилиса во время Гражданской войны, расцвете кокаинизма и морфинизма, глумливых демонстрациях «Долой стыд», гонениях на Церковь, в закрытиях храмов, осквернении святынь, расстрелах священнослужителей, поощрении доносительства детей на родителей (под видом пионерии) и, наконец, легализации абортов в 1920 году, впервые в мире после так называемой Великой французской революции. Именно отсюда и тянутся наши нынешние беды — наш вымор, наше растление, наше безлюдье и бездуховность.

Никто не думает о том, что никакая реальная борьба с терроризмом невозможна, пока наши улицы и станции метро называются именами террористов и палачей — Каляева, Чайковского (не композитора, а народовольца), Дыбенко, Блюхера, пока стоят памятники юристу Ульянову, узаконившему террор, пока воздух в нашей стране и нашем городе пропитан неотмщенной и даже неосужденной кров ью тех жертв — Гражданской войны и Великого террора, начавшегося не в 1937-м, а в 1918 году. Да и зачем об этом думать? Ведь в борьбе с терроризмом важна не цель, а процесс.

Не восстанавливать памятник палачу надо нам, а завершить то, что начато было в 90-е, да потом покинуто, — декоммунизировать наш город, как денацифицировали немцы Германию, убрать все имена преступников с наших улиц и площадей и, конечно, убрать им памятники. С юридической стороны — довести до конца брошенный на полпути суд над КПСС, добиться того, чтобы хоть кто-то из еще живых палачей и пытошников сказал: «Да, я был палач и убийца». И тогда мы окончательно закроем эту страшную и кровавую страницу и обретем в себе подлинные духовные силы для победы над международным терроризмом и подлинного преображения нашего общества.

Диакон Владимир Василик,
кандидат философских наук, доцент Санкт-Петербургской духовной академии.
Из интервью «Русской линии». www.rusk.ru.